gazetakifa.ru
Газета «Кифа»
 
12+
 
Рубрики газеты
Первая полоса
Событие
Православие за рубежом
Новости из-за рубежа
Проблемы катехизации
Братская жизнь
Богословие – всеобщее призвание
Живое предание
Между прошлым и будущим
Внутрицерковная полемика
Язык Церкви
Конфессии
Конференции и встречи
В пространстве СМИ
Духовное образование
Церковь и культура
Церковь и общество
Прощание
Пустите детей приходить ко Мне
Книжное обозрение
Вы нам писали...
Заостровье: мифы и реальность
Люди свободного действия
Лица и судьбы
1917 - 2017
Гражданская война
Беседы
Миссионерское обозрение
Проблемы миссии
Раздел новостей
Открытая встреча
Встреча с Богом и человеком
Ответы на вопросы
Стихотворения
Региональные вкладки
Тверь
Архангельск
Екатеринбург
Воронеж
Санкт-Петербург
Вельск
Нижневартовск
Кишинев
Информационное агентство
Новости
Свободный разговор
Колонка редактора
Наш баннер!
Газета
Интернет-магазин
Интернет-магазин
Сайт ПСМБ
 
 
Трезвение
 
 
Печать E-mail
25.10.2018 г.

В поисках недостижимого единства

Очередной обзор трёх месяцев гражданской войны, с которых прошло ровно сто лет, подготовила Александра Колымагина

Осень 1918 года – это последние месяцы Первой мировой войны. Хотя формально она закончилась подписанием Версальского договора в июне 1919 года, но после ноябрьских волнений 1918 года1 Германия фактически капитулировала вместе со своими союзниками. После подписания Компьенского перемирия 11 ноября 1918 года военные действия практически не велись. Это не могло не сказаться и на ходе гражданской войны в России.

По условиям перемирия Германия должна была денонсировать Брест-Литовский договор с правительством большевиков. Германские войска должны были оставаться на территории России до прибытия войск Антанты, однако это произошло только в нескольких городах (Севастополь, Одесса). По договорённости с германским командованием (по другим сведениям, по договорённости с солдатскими советами отводимых с Украины германских частей) на территории, с которых выводились германские войска, начала вступать Красная армия. К концу осени она заняла почти всю Белоруссию и часть Прибалтики, создавая в занятых областях советские правительства. Стало очевидно, что и правительство Скоропадского на Украине вскоре падёт. О том, как именно это произошло в начале декабря 1918 года под напором войск бывшего социал-демократа Петлюры (через несколько месяцев уступившего Киев большевикам), хорошо помнят все, кто читал «Белую гвардию» Булгакова.

Сопротивление большевикам в этот период сосредоточилось на востоке и юге России; и стало окончательно ясно, что его главная проблема – недостаток единства. Попытки объединения антибольшевистских сил, предпринимавшиеся не один раз, так и не смогли преодолеть их разнородность, часто приводившую к тяжёлым недоразумениям и конфликтам.

На востоке

23 сентября 1918 г. на Государственном совещании в Уфе в результате вынужденного и крайне неустойчивого компромисса различных сил востока России (переговоры были начаты ещё в июне) было создано Временное всероссийское правительство (иногда его называют Уфимской директорией), просуществовавшее до 18 ноября. Оно рассматривало себя в качестве очередного, нового состава Временного правительства, возобновившего свою деятельность после вынужденного перерыва, вызванного октябрьским переворотом 1917 года.

Н.Д. Авксентьев
Председатель Уфимской директории эсер Н.Д. Авксентьев (1878-1943)

Это правительство из 5 человек под председательством одного из лидеров партии эсеров Н.Д. Авксентьева2 объединяло все имевшиеся на востоке России областные, национальные и казачьи правительства, такие как, например, правительство восставших рабочих городов Ижевска и Воткинска. Основу же Директории составляли преимущественно эсеровские по составу Комитет членов Учредительного собрания в Самаре (Комуч) и Временное сибирское правительство в Омске. У каждого из них имелись свои вооружённые силы: у Комуча – Народная армия (к сентябрю в ней было около 5 тыс. человек, и командовал ей с июля 1918 года монархист подполковник В.О. Каппель), у Сибирского правительства – Сибирская армия (к началу сентября её численность составляла более 60 тыс. человек, и командовали ей сначала представители чехословацкого корпуса, а с 1 октября – войсковой атаман Сибирского казачьего войска П.П. Иванов-Ринов). После учреждения Уфимской директории военным министром и верховным главнокомандующим её объединёнными военными силами стал меньшевик генерал-лейтенант В.Г. Болдырев.

Слабым местом сил Поволжья и Сибири было взаимное непонимание между умеренными социал-демократами (правыми эсерами и меньшевиками), составлявшими значительную часть их политического руководства, и кадровыми офицерами, составлявшими боевое ядро их армий. Особенно ярко это проявилось после провала мобилизации в Народную армию: эсеры обвиняли офицеров в реакционности, враждебном настрое к демократии, стремлении к военной диктатуре, офицерство же винило Комуч в политической близорукости, излишней подозрительности, некомпетентном вмешательстве в военную сферу. К началу осени 1918 года Народная армия находилась в отчаянном положении: её немногочисленные отряды на фронте уже не могли сдержать многократно превосходившие их силы большевиков. 11 сентября была сдана Казань (при 4-кратном перевесе красных), 12 сентября – Симбирск, 3 октября пала Сызрань, 8 октября – бывшая столица Комуча Самара, 9 октября Временное всероссийское правительство покинуло Уфу в связи с угрозой захвата города наступающими большевистскими войсками и перебралось в Омск, 7 ноября пал восставший ещё в конце лета Ижевск, а 13 ноября – Воткинск.

А.В. Колчак
Верховный правитель России адмирал А.В. Колчак (1874-1920)

Мобилизация в Сибирскую армию была гораздо более успешной. Общая её численность к концу 1918 года достигала почти 200 тыс. человек. Всю осень она вела позиционные бои, но к концу ноября перешла в наступление, закончившееся в конце декабря взятием Перми. Тем не менее противоречия между офицерским корпусом и эсеровским правительством были сильны и в Омске. В результате 18 ноября группой офицеров был совершён переворот: эсеровское правительство было разогнано, а власть передана военному министру Директории3 адмиралу Александру Васильевичу Колчаку, которому было присвоено звание Верховного правителя России. Он установил режим военной диктатуры и приступил к реорганизации армии. Власть Колчака была признана союзниками России по Антанте и большинством других белых правительств.

Эсеры после переворота объявили Колчака и Белое движение в целом врагами. Это было особенно разрушительно в связи с тем, что в армии и государственном аппарате белых правительств было множество социалистов и их сторонников, и они пользовались широким влиянием в крестьянской среде.

На юге

Антибольшевистское движение на юге России всю осень вело тяжёлые, обескровливающие бои, то отступая, то наступая. Сначала были сданы, потом отбиты Армавир и Ставрополь; начинались, а потом прекращались наступления в сторону Царицына и Воронежа. На Дону к концу осени ситуация усугубилась тем, что во второй половине ноября германские части очистили территорию области, открыв опаснейшее и кратчайшее к её столице направление – воронежское. Донцам грозило вторжение большевиков и с другого направления, харьковского. Тем не менее всю осень, по словам генерала А.И. Деникина, «Дон доблестно отстаивал своё существование против вдвое сильнейшего врага».

В то же время и по ту, и по другую сторону фронта не было необходимого единства. Среди командования красных шли беспрерывные, иногда кровопролитные, конфликты. Среди антибольшевистского сопротивления, по признанию генерала Деникина, «отношения между добровольческим и донским командованиями оставались весьма тягостными». Казаки надеялись прекратить боевые действия, отстояв линию границ своей территории. Атаман Краснов и его единомышленники объявили о создании Доно-Кавказского союза, состоящего «из самостоятельно управляемых государств: Всевеликого войска Донского, Кубанского войска, Астраханского войска и Союза горцев северного Кавказа и Дагестана, соединенных в одно государство на началах федерации», надеясь от лица этой организации вести переговоры с большевиками о перемирии и дальнейшем нейтралитете. И хотя этот проект так и не был осуществлён, он многое говорит о настроении, сложившемся в первую очередь в Войске Донском. Принципиально иной была позиция главнокомандующего Добровольческой армии генерала Деникина: он не принимал никакого сепаратизма, который, по его мнению, «в корне противоречил идее Единой России». Создание вооружённых сил, имеющих задачей лишь отстаивание своей отдельной территории, «лишало всякого смысла жертвы добровольцев, приносимые во имя спасения России». Спор о возможности компромисса с сепаратистскими тенденциями этого времени продолжался и в эмиграции (и продолжается между историками до сих пор); но как бы то ни было, в рядах антибольшевистских сил Юга России единства не было.

Внутренне противоречивая позиция казаков закончилась тем, что после многих месяцев мужественных боёв «в конце декабря сначала один донской полк предался на сторону красных, потом несколько станиц, и войска Верхне-Донского округа заключили мир с большевиками и начали расходиться по домам. Пораженческое настроение ширилось по фронту, и одновременно ширились прорывы, в которые беспрепятственно вливались волны красных, выходя в тыл и угрожая окружением ещё боровшимся войскам Хопёрского округа»4.

----------------------

1 В ноябре 1918 года мятеж, начавшийся в германском флоте, перебросился в армию. Волнения в Мюнхене и Берлине закончились провозглашением республики. Кайзер Вильгельм отрёкся от престола и уехал в Голландию (где жил до кончины в 1941 году).

2 В третьем (втором коалиционном) составе Временного правительства (июль-август 1917 г.) Н.Д. Авксентьев занимал пост министра внутренних дел.

3 Адмирал А.В. Колчак, приехавший в Омск 13 октября, 4 ноября по просьбе правительства Уфимской директории стал военным министром Временного всероссийского правительства.

4 Деникин А.И. Очерки русской смуты. Т. 4. С. 111.

Кифа № 10 (242), октябрь 2018 года

 
<< Предыдущая   Следующая >>

Телеграм Телеграм ВКонтакте Мы ВКонтакте Твиттер @GazetaKifa

Наверх! Наверх!