gazetakifa.ru
Газета «Кифа»
 
Главная arrow Первая полоса arrow Основная задача богослужения на родном языке - это углубление понимания веры
12+
 
Рубрики газеты
Первая полоса
Событие
Православие за рубежом
Новости из-за рубежа
Проблемы катехизации
Братская жизнь
Богословие – всеобщее призвание
Живое предание
Между прошлым и будущим
Внутрицерковная полемика
Язык Церкви
Конфессии
Конференции и встречи
В пространстве СМИ
Духовное образование
Церковь и культура
Церковь и общество
Прощание
Пустите детей приходить ко Мне
Книжное обозрение
Вы нам писали...
Заостровье: мифы и реальность
Люди свободного действия
Лица и судьбы
1917 - 2017
Гражданская война
Беседы
Миссионерское обозрение
Проблемы миссии
Раздел новостей
Открытая встреча
Встреча с Богом и человеком
Ответы на вопросы
Стихотворения
Региональные вкладки
Тверь
Архангельск
Екатеринбург
Воронеж
Санкт-Петербург
Вельск
Нижневартовск
Кишинев
Информационное агентство
Новости
Свободный разговор
Колонка редактора
Наш баннер!
Газета
Интернет-магазин
Интернет-магазин
Сайт ПСМБ
 
 
Трезвение
 
 
Печать E-mail
21.08.2007 г.

Основная задача богослужения на родном языке - это углубление понимания веры

Интервью с проф.-свящ. Иоанном Михоком, директором семинарии в Нямце

Image«Кифа»: О. Иоанн, когда была построена эта семинария?

Прот. Иоанн Михок: Уже в XV веке при монастыре была школа. В 1836 году здесь были построены здания для образовательных учреждений. Сама школа была основана в 1843 г. - «духовная школа» старца Неонила, существовавшая до 1848 г. Во времена преп. Паисия Величковского здесь были люди, которые делали переводы с греческого на старославянский. Существовала и школа каллиграфии. В монастыре занимались не столько образовательной деятельностью для монахов, сколько образованием священства, которое было здесь. Во времена Паисия в монастыре вокруг него собиралось около тысячи монахов.

При коммунизме, когда по всей Румынии действовало только пять семинарий, одна из них находилась в Нямецком монастыре. В то время студентов было не более сотни. После 1989 года у нас было более ста студентов и около ста тридцати монахов. В 2002-2003 учебном году число студентов достигло 372. Среди них есть молодые люди, которые приезжают сюда и здесь живут.

У нас всего пять курсов. И семинаристы, и монахи проходят одни и те же курсы. Студенты живут здесь постоянно, а монахи проходят дистанционное обучение. Они обучаются здесь 2 месяца в семестр. Для них предусмотрены курсы более краткие, они должны писать какие-то работы и параллельно готовиться к экзаменам. Монахи не могут здесь проводить много времени, поскольку монастырская жизнь накладывает на них другие обязательства. И именно поэтому мы отделили их в отдельные классы, поскольку преподаватель должен по-другому их вести.

«Кифа»: Какую роль играет монашеская часть студентов?

О. Иоанн: Очень большую, потому что монахи приходят сюда, уже обладая духовным опытом. Кто-то из них приходит сюда очень молодым. Многие из студентов-монахов находились какое-то время в монастырях, рядом с хорошими духовниками, поэтому у них хороший стартовый уровень. Среди студентов они пользуются уважением. Наши студенты посещают монастыри. Когда они становятся священниками, монахи посещают их в приходах и продолжают общение. Создается такое содружество. В этой области наш монастырь очень любим верующими. В период коммунизма монастырь играл значительную роль, и никто не мог его разрушить, хотя, быть может, и хотел. Монахи защищались, уходили в горы, леса, строили землянки, и никто об этом не знал. Отец Клеопа, очень известный исповедник, девять лет прожил таким образом. Другой известный исповедник отец Паисий так прожил еще больше лет. Были и те, кто убежал в горы. Это было похоже на катакомбы.

Этот монастырь имеет крепкую духовную силу. И те исповедники, которые прятались в горах, приходили по ночам в монастырь и проповедовали. Многие из остальных умерли в тюрьмах. Те, кто решался бежать - избежал заключения.

«Кифа»: Есть ли в вашей церкви стремление к канонизации тех исповедников, мучеников, которые погибли в это время?

О. Иоанн: Да, есть книги о мучениках, о заключенных. Уже издано много томов. Но в нашей православной церкви не принято так быстро канонизировать, должно пройти время, чтобы все успокоилось, устоялось. Католики обычно быстро канонизируют. В нашей церкви были святые, которые были канонизированы только спустя 500 лет.

«Кифа»: Много ли мучеников среди этих исповедников?

О. Иоанн: Конечно много, но не так много как в России. У нас и населения тоже поменьше. Но все равно их были тысячи. И в Воинстве Господнем их было много. Нам известно многое о святых, которые умерли недалеко от Архангельска. Многие были собраны в концентрационных лагерях, заточены в Сибири. В тех местах погибло очень много не только священников, но и просто верующих. В Сибири, в монастыре Оранки1 , был большой концентрационный лагерь, где многие погибли. Об этом пишет о. Дмитрий Бежанц в своей книге, написанной после Второй мировой войны. Там упоминалось, что были обнаружены захоронения на 10 уровнях. Там были погребены тела заключенных - политических и священников, монахов - из Румынии, Молдавии, России. Человек, со слов которого была написана эта книга, был тоже заключенным в этом лагере после Второй мировой войны. Он сказал, что после Первой мировой войны в заключении находилось более 15 тысяч епископов, священников, монахов. Их заставляли отрекаться от веры в Бога. Коммунисты говорили: «Мы даем вам время до завтрашнего утра подумать». И кто-нибудь один из епископов шел вперед и говорил от всех: «Нет, мы не отказываемся от нашей веры». И они все были расстреляны. Только этот человек выжил, спрятался в лесу. Когда румынские заключенные попали в эти места, они работали в лесу. Один из них - о. Дмитрий Бежанц - случайно встретился с этим человеком. Так о. Дмитрий узнал о тысячах погибших священников и монахов. Поэтому мы имеем такое свидетельство об этом месте - Оранки.

«Кифа»: Мы также знаем об открытии случаев многярусных захоронений. В Сибири, недалеко от Томска весной подмыло берег реки, и тела поплыли, заполнив всю реку. Люди встали утром и увидели обрыв, где  видно было множество ярусов свежих захоронений и реку, полную тел. До этого случая никто не знал об этом захоронении и о количестве погребенных. Ходили только слухи.

О. Иоанн: Какова сейчас ситуация в России? Достаточно ли у вас сейчас свободы, чтобы ходить в церковь?

«Кифа»: Люди ходят в церковь. Проблема только в том, что приходят люди, которые совсем не знают христианской традиции, потому что она была прервана.

О. Иоанн: Во время коммунистического режима в нашей стране не было ни одного некрещеного ребенка. Все были крещены. В этой сфере шла постоянная борьба, но священники остались победителями. Многие из них были посажены в тюрьму, но это не имело для них значения: оставшиеся все равно продолжали свое дело. Румыния так легко не отрекалась от своей веры. У вас, конечно, коммунистический режим существовал гораздо дольше. После 1989 г. у нас возник вопрос, сколько верующих среди румын. 99,9% оставались верующими, может быть, не столько православными, но верующими. При Чаушеску эти люди не отказались от веры, хотя, естественно, не все из них проявляли ее на деле.

«Кифа»: О. Иоанн, что Вы думаете о переводах богослужебных текстов на современный язык? Например, святой Паисий переводил. Имеете ли Вы какую-нибудь историю переводов?

О. Иоанн: Да, у нас есть такие примеры. Святой Паисий написал очень много книг, которые сохранились. Он переводил с греческого на старославянский. Например, благодаря переводам книга «Добротолюбие» распространилась на весь мир. Можно посетить нашу монастырскую библиотеку, в которой есть исследовательские работы и переводы Паисия.

«Кифа»: Можно ли работать с этими книгами? Разрешается ли работать с ними вне библиотеки?

О. Иоанн: Работать можно, но только в библиотеке.

Но хорошо ли вы понимаете церковнославянский? Все это написано на церковнославянском. Есть специалисты, которые изучают греческие и старославянские богослужебные тексты.

«Кифа»: Думаю, что лучше всего знают церковнославянский у нас в институте, потому что мы переводим тексты с церковнославянского на русский язык. Но сегодня многие в церкви осуждают нас за эту переводческую деятельность. Сейчас люди часто не узнают подлинную традицию. В России в 1917-1918 году был собор, который предложил много очень важных вещей для обновления церкви, необходимых и сейчас. Тогда, например, было принято решение о возможности служить по-русски. Однако многие явно или неявно не признают решения этого собора.

О. Иоанн (с оживлением): Они хотят церковнославянский. Вот почему они отрекались от своей веры: они никогда не понимали значения Литургии, ведь они никогда не говорили по-церковнославянски. Основная задача богослужения на родном языке - это доступность людям, чтобы углублялось понимание веры. Я нашел ответ на вопрос, который меня давно беспокоил. Для меня было удивительно, как нация, которая была известна силой своего христианства, могла массово отречься от своей веры. Я думаю, что причина, почему люди убивали своих епископов и священников, в том, что они никогда не понимали их. Это очевидное и убедительное объяснение. Так в Румынии пытались научить полицейских таблице умножения. Их пытались учить, но они никак не могли выучить, и учителя предложили запоминать таблицу как мелодию. Некоторое время спустя полицейских спросили: «Помните ли вы то время, когда были глупыми и учили таблицу умножения?». И ответ был таков: «Я помню мелодию, но не помню таблицу».

«Кифа»: Вот так зачастую и мы, сосредоточившись на «мелодии» богослужения, теряем его смысл. В девяностые годы наше братство пережило гонения именно за русский язык в богослужении, за стремление сделать его более понятным.

О. Иоанн: Вы должны за это бороться, иначе вы никогда не научите людей истинной вере. Постепенно, как и католики, греки стали служить часть своего богослужения на греческом. В Греции это очень распространенная ситуация, когда люди не понимают. В этом смысле ситуация в Румынии гораздо проще.

Говоря об обновлении церкви, мы не должны придерживаться только буквы канона. Если нам хочется обновления, рано или поздно церковь это примет. Это естественное развитие, это начало. Со временем все поменяется.

Сейчас можно сравнить ситуацию с тем, что существует своего рода соревнование между православием и католичеством, одна церковь пытается выиграть у другой. Католическая церковь представляет латынь как сакральный язык. Русская церковь соответственно так же думает о церковнославянском, но при этом она хочет распространить это и на другие православные церкви - в Румынии, Сербии. По мнению некоторых церковных деятелей, мы должны переместить столицу из «второго Рима» - Константинополя в «третий Рим» - Москву и должны сохранить единый сакральный язык. Но нам в Румынии не нравится эта точка зрения. Мы бы не хотели иметь у себя греческий язык, т.к. в свое время мы тоже пострадали от греческого влияния - наша церковь была под Константинополем. Но мы не поддерживаем и идею о славянском языке, потому что у нас латинские корни. Мы не можем использовать латынь, потому что не можем стать католиками. Но мы не можем принять и славянский. В богослужениях мы употребляем наш родной язык, и история показывает, что это правильное решение, т.к. в остальных церквях верующих почти не осталось.

«Кифа»: Не могли бы Вы назвать дату, когда в Румынии начали служить на румынском?

О. Иоанн: С 1644 г. румынский язык звучит в проповедях и чтении Евангелия. Богослужебные книги на румынском появились здесь в 1843 г.

«Кифа»: Кто авторы этих переводов?

О. Иоанн: Мы не знаем авторов. Переводы делались в разных частях страны. Библия на румынском появилась в 1688 г. Поэтому невозможно говорить о какой-то официальной дате.

«Кифа»: Приходы стали переходить на румынский?

О. Иоанн: До 1700 года люди уже точно служили на румынском.

«Кифа»: Это самостийно произошло?

О. Иоанн: Да. Это делали священники.

«Кифа»: У нас есть решение собора, и мы все равно не можем этого сделать. Но тем не менее некоторые архиереи и священники занимаются переводом богослужения и публикуют свои переводы. У отца Георгия Кочеткова, духовного попечителя нашего братства, сейчас уже есть переводы всего комплекса богослужебных текстов. 

О. Иоанн: Нравятся ли людям эти переводы?

«Кифа»: В основном да. Критические замечания учитываются. Уже есть несколько вариантов - четыре редакции. В обсуждение этих переводов включено много людей.

О. Иоанн: Мы тоже до сих пор обновляем переводы, каждое писание, с точки зрения литературы. У нас есть комиссия в Яссах, в рамках которой проверяется каждая книга и все новые издания.

Продолжайте работу о. Георгия. В какой-то момент церковь поймет, что это правильно. Это не догматическая ошибка, мы не делаем никаких ошибок в научении. Догматические ошибки ведут к разделению внутри церкви, но в данном случае это не ошибка.

Это ваша миссия, и вы победите.

Но вы должны быть очень осторожны, и о. Георгий должен быть очень осторожен, чтобы не было никаких догматических отклонений.

Вы должны воспринять этот опыт как тот, который не потерпел неудачи. Церковь сохранила свой авторитет. Это опыт истории. Если вы не будете знать историю и извлекать уроки из истории, то не увидите важнейших вещей, которые пронизывают всю историю. Иначе люди будут по-прежнему отделены от священства, которое молится на непонятном языке, и молодежь очень скоро устанет от этого.

Будьте мужественны, вы должны победить. Потому что если вы не выйдете к больным людям, больные люди передадут вам свои болезни.

15 апреля 2007 г. Румыния, Нямецкий монастырь.

Вопросы задавали Светлана Чукавина и Максим Дементьев.

Редакция благодарит Елену-Алину Патракову за помощь в подготовке материала для авторизации

Фото Максима ДЕМЕНТЬЕВА

-----------------------------

1 Видимо, имеется в виду Оранский монастырь в Богородском районе Нижегородской области.

КИФА №10(68) август 2007 года

 
<< Предыдущая   Следующая >>

Телеграм Телеграм ВКонтакте Мы ВКонтакте Facebook Наш Facebook Твиттер @GazetaKifa

Наверх! Наверх!