05.05.2016 г.

Image
Отец Сергий Золотарев на презентации книги дьякона Василия Фельми «Введение в современное православное богословие»
О критике «школьного богословия»

Интервью преподавателя догматического богословия в СПбДА, клирика Новгородской епархии протоиерея Сергия Золотарева

 

Отец Сергий, какую проблему в преподавании богословия Вы считаете на сегодняшний день наиболее острой?

Скажу о так называемом «школьном богословии». Полагаю, что критиковать школьное богословие имеет право в первую очередь тот, кто знает его «изнутри», кто сам прошел эту школу, а не тот, кто просто прочитал обзорную книгу Глубоковского, услышал слова Хомякова про насквозь схоластического Макария, – и уже делает из этого далеко идущие выводы. Глубинная проблема школьного преподавания богословия, мне кажется, в том, что в целом образованию не хватает последовательности. Вспомните классическое образование – в той мере, в какой оно у нас было, например, образование в Славяно-греко-латинской академии или новгородской школе Лихудов. Оно предполагало знаменитые septem artes liberales1, или, как минимум, тривиум2. Сначала был класс риторики, философии, и только потом – собственно богословия. Дореволюционная семинария предполагала обучение догматике на пятом и шестом курсах3. То есть сначала изучались языки, история, логика, философия, и только на последних курсах переходили к догматике.

Так, откроем дореволюционный учебник и обнаружим, например, что важнейший вопрос троичной терминологии излагается всего на полутора страницах, и то уже в разделе, посвященном спорам о единосущии. Судя по контексту, студент уже знаком с соответствующей проблематикой, очевидно, из других дисциплин, в частности философии и истории.

Обратимся к классическому святоотеческому труду прп. Иоанна Дамаскина «Источник знания». У нас многие обычно знают только третью часть этого сочинения: «Точное изложение православной веры». А ведь Дамаскин, прежде чем перейти собственно к богословию, дает без малого семьдесят пространных глав философского введения, где обращается к базовым вещам, с которых нужно начинать, как с кирпичиков, из которых потом выстраивается его система христианского знания. Почему я обращаю внимание именно на прп. Иоанна Дамаскина? Потому что сегодня мы, как правило, разделяем богословие и богослужение. А Дамаскин является и автором многочисленных литургических текстов, в частности, любимого всеми пасхального канона, и автором первой крупной догматической системы.

Вспомним святителя Григория Богослова: он и поэт (несколько лет назад на русском языке была издана его поэма «De vita sua» в замечательном стихотворном переводе о. Андрея Зуевского), и в то же время величайший догматист, которого Церковь удостоила звания «Богослов».

Итак, если говорить о школьном, т. е. семинарском изучении богословия, то одна из главных его проблем – это недостаточность базовых знаний. Необходимо, в частности, перестроить учебные планы. Например, те предметы, которые раньше были в самом начале обучения, и те, которыми образование завершали, теперь преподаются либо параллельно, либо иногда даже, к сожалению, «в обратном порядке».

А Вы на каких курсах преподаете?

Я преподаю на втором и третьем курсах бакалавриата догматическое богословие, а на первом курсе достаточно новый для семинарии предмет «Введение в специальность», в рамках которого студенты получают знания и навыки по поиску и обработке информации, правильному оформлению справочно-библиографического аппарата ит. д. Казалось бы, это формальный предмет, но студентам очень не хватает подобных знаний. А причиной является в том числе и недостаточность нашего школьного, а порой и высшего светского образования. Безусловно, в ряде ведущих университетов или гуманитарных факультетов есть хорошее преподавание логики и философии, но в целом у нас то, без чего невозможно хорошее школьное богословие, проходится, к сожалению, очень поверхностно.

Мы знаем, что богословие в течение семидесяти советских лет находилось под давлением, и, видимо, не могло развиваться. Но ведь богословие не может замереть... На презентации звучал даже вопрос о новом богословии. Какие Вы тут видите перспективы? В чем может выражаться развитие богословия?

Давайте вспомним замечательные слова прп. Викентия Лиринского: «Говоря ново, не скажи нового». Содержание догматики неизменно: ведь это истина о Боге, а «Иисус Христос вчера, и сегодня, и во веки Тот же» (Евр 13:8).

В то же время форма изложения может изменяться. Догматические формулировки со временем улучшаются, уточняются, шлифуются. Истолкование догмата, т. е. раскрытие, осмысление его в свете актуальных проблем, мне кажется, и возможно, и необходимо. Другой вопрос, что прежде нужно хорошее изучение и усвоение всего того, что было сделано в нашем академическом богословии в дореволюционные годы. И это не только фундаментальные труды XIX века, когда наши блестящие академисты – свт. Филарет Черниговский, митр. Макарий (Булгаков), еп. Сильвестр (Малеванский) идр. – создали свои догматические системы, но и то, что рассеяно по тысячам страниц таких журналов, как «Христианское чтение», «Богословский вестник», «Миссионерское обозрение»4 и многих других. Особенно интересны работы, вышедшие из-под пера после 1905 года. В настоящее время в основном изучаются материалы Предсоборного присутствия и Деяния Поместного собора 1917-1918гг., в то время как огромное количество богословского материала оказалось буквально похоронено. А ведь нередко в тех работах мы можем найти ответы на многие «современные» вопросы. Убежден, что на уровне бакалавриата, где я преподаю, нужно в первую очередь вдумчивое проникновение, углубление в то, что уже дано – и в результате осмысления, усвоения, вхождения в это свое наследие возможен какой-то новый импульс. Книга К.Х. Фельми называется «Современное православное богословие», но ведь автор отталкивается в своей работе от богословов, в первую очередь русских, рубежа XIX и XX веков, и затем уже обращается к современным персоналиям. Когда-то Исаак Ньютон сказал: «Если я видел дальше других, то потому, что стоял на плечах гигантов». Вот так нам нужно наследие наших великих предшественников для движения вперед. Слава Богу, сейчас усилиями Санкт-Петербургской, Московской, Киевской духовных школ в большом количестве оцифровываются дореволюционные журналы, диссертации, книги, и теперь это становится доступным для всех.

Вы говорите о таких важных вещах, о том, что надо воспринять философские основы, использовать опыт наших предшественников. Насколько это реально в сегодняшней семинарии?

Мне кажется, просто нужно искать релевантные методы – соответствующие методы подачи материала, не стесняться, не бояться использовать современные технологии. Даже не обязательно мультимедийные (на самом деле, ряд современных исследований показывает, что, скажем, презентации часто идут во вред, т. к. отвлекают и порабощают самого лектора, делают его «рабом» картинки), а может быть, техники ораторского искусства, преподавательской маневренности. Я знаю, что в некоторых светских вузах студентов младших курсов снова заставляют писать рефераты от руки, чтобы человек не слепо копировал найденную на просторах интернета информацию, а хотя бы что-то осмыслял из того, что он читает.

Можно вспомнить знаменитый миф из платоновского диалога «Федр» об изобретении письменности. В ответ на слова бога Тевта (Тота), что изобретенная им наука сделает людей более мудрыми и памятливыми, фараон говорит буквально следующее: «ты, отец письмен, из любви к ним придал им прямо противоположное значение. В души научившихся им они вселят забывчивость, так как будет лишена упражнения память: припоминать станут извне, доверяясь письму, по посторонним знакам, а не изнутри, сами собою. Стало быть, ты нашел средство не для памяти, а для припоминания. Ты даешь ученикам мнимую, а не истинную мудрость. Они у тебя будут многое знать понаслышке, без обучения, и будут казаться многознающими, оставаясь в большинстве невеждами, ... станут мнимомудрыми вместо мудрых». К этим словам можно уже ничего не добавлять.

Мы сталкиваемся теперь уже с преизбытком информации. Все, что раньше люди копировали, переписывая от руки, теперь обрушивается на неподготовленного человека в избыточном количестве, стоит лишь нажать кнопку поисковика. Но как во всем этом разобраться? Ведь это проблема не только тех, кто приходит в семинарию, это проблема вообще нынешнего «нечитающего» поколения. Поэтому сегодня преподаватель должен в первую очередь научить учащегося ориентироваться в море специальной литературы, вводить в круг основных проблем, и, конечно же, подталкивать студентов к самостоятельной работе.

---------------

1 Семь свободных искусств (лат.) – цикл дисциплин, которые составляли основу античной (греко-римской) и средневековой систем образования.

2 Система классического образования, как ее понимали в Средние века, восходит корнями к греко-римской школе и предполагает преподавание тривиума (грамматика, логика, риторика) на начальной ступени и квадривиума (астрономия, арифметика, музыка, геометрия) на следующей ступени.

3 См., например, учебник прот. Николая Малиновского – один из самых известных дореволюционных учебников по догматическому богословию.

4 «Христианское чтение» – ежемесячное издание при Санкт-Петербургской духовной академии, выходило в 1821–1917 гг.; «Богословский вестник» – ежемесячное издание Московской духовной академии, выходило в 1892-1918 гг.; «Миссионерское обозрение: Противосектантский журнал» – ежемесячное издание, выходило в Киеве в 1896–1916 гг.

Беседовала Анастасия Наконечная
Фото: Елена-Алена Терешко

Кифа № 4 (206), март 2016 года

Ещё материалы по теме:

Профессор Карл Христиан Фельми представил новое издание своей книги «Введение в современное православное богословие»

Что является наиболее серьезной, наиболее острой проблемой в преподавании богословия сегодня?» 

«Меня не удивляет, что кто-то считает тему антропологии центральной». Интервью Карлом Христианом Фельми»